(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Большая любовь


ла, похожая на головку заклепки.
— Напряжение, — повторил старик, закладывая вырезанную заготовку в вальцы.
То, что он делал дальше, стало для Бардаса настоящим откровением. Наблюдая за манипуляциями Анакса, за его точными, рассчитанными движениями, за стадиями превращения плоского куска стали в нечто совершенно другое, он одновременно слушал комментарии Сына Неба.
— Напряжение... Вот здесь напряжение направлено наружу, оно подобно арке. Попробуйте ударить, и поймете, что преодолеть его не так-то просто. Это ваша первая линия обороны, она проходит по вашей ноге... отсюда досюда. Как бы сильно вас ни ударили, сила не пройдет дальше и не размозжит кость. Вы еще скажете мне спасибо, когда кто-нибудь рубанет вам по голени.
Бардас вежливо улыбнулся:
— Это ведь для защиты ноги, да?
— Это наголенник, — поправил Анакс, — не демонстрируйте всем свое невежество. Он защищает ногу от голени до лодыжки. — Старик поднял деталь, провел пальцем по краям. Легко сжал их двумя руками. — Надо, чтобы латы облегали защищаемую часть тела плотно, не жали, но и не болтались. Сейчас все приладим.
— Не сомневаюсь.
Когда наконец качество работы удовлетворило требованиям Анакса — Бардас не заметил никакой разницы между тем, что было вначале, и тем, что получилось в итоге, — старик перешел к наковальне и взял мягкий молоток, удары у него получались быстрые, ритмичные, размеренные.
— Еще немного напряжения, — отдуваясь, объяснил он. — Как только края будут загнуты, их уже не разожмешь руками. Никакой эластичности, как и требуется правилами. А рихтовка пока подождет. Сейчас нам надо сделать углубление. — Он взял заготовки для наколенников и налокотников, вырезанные в форме чаш. — Именно на этой стадии мы придаем латам настоящее напряжение. — Сын Неба наложил пластину на выдолбленное в дереве углубление таким образом, чтобы ее середина находилась непосредственно над самым глубоким местом. — Важно понимать, в чем суть напряжения, чтобы сделать все правильно, а не испортить. Ударишь в середину слишком сильно, и она станет тонкой. Работать надо аккуратно, нежно, начиная с краев и продвигаясь к центру... вот так, как бы отжимая плотность к верхушке купола, где ей самое место.
Анакс остановился, вытер лоб тыльной стороной ладони и усмехнулся.
— Сложно? Медленно? Хм, никто и не говорил, что это легко и просто. — Молоток падал и отскакивал, быстро и четко, рука работала с минимальными усилиями. Эффект достигался за счет аккуратности и упорства. — Кроме напряжения, есть еще и давление. Внутренняя часть обрабатывается сильнее и тщательнее, чем наружная. Изнутри напряжение больше, а напряжение есть сила... во всех отношениях. Запомните, мой друг, напряжение изнутри — это сила снаружи, а твердость зависит от того, сколько труда вы вложите в работу. Поймете это — поймете все.
Оранжевый отсвет пламени перекатывался по стальной пластине словно остатки вина по дну серебряной чаши.
— Кажется, я понимаю, что вы хотите сказать, — от

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51