(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Большая любовь


дядя взошел на палубу. Юноша уже успел найти для них обоих свободные места на корме, возле якорного каната. — Зачем вам понадобился мертвый гусь?
— Не спрашивай, — ответил Геннадий. — Меня попросили доставить его на Остров. Очевидно, он знаменует начало новой эры.
— Вот как? К тому времени, когда мы попадем на Остров, запах будет не из приятных.
Геннадий опустил гуся на свернутый канат и прикрыл собственным дорожным мешком.
— Чепуха. Для мертвого гуся четыре дня — это расцвет жизни, или смерти. Считай как хочешь. И, пожалуйста, перестань так на меня смотреть. Хорошо? Это коммерческий образец, вот и все. Ты ведь не стал бы возражать против мешочка гвоздей или коврика?
Теудас вздохнул и опустился на моток веревки.
— Ладно, — сказал он. — Будь по-вашему. Только мне представляется, что сейчас не самое подходящее время для посылки каких-либо образцов отсюда на остров. В конце концов, идет война, лагерь переносится на новое место... На их месте мне было бы не до торговли.
— Очевидно, они считают по-другому. — Геннадий прислонился к борту. Он знал, что рано или поздно его станет укачивать, а потому необходимо принять меры предосторожности, пока еще не поздно. — И, знаешь, в оптимизме нет ничего плохого. По крайней мере до тех пор, пока никто не просит меня вкладывать деньги в будущее своего народа.
Теудас покачал головой:
— Либо ваш знакомый просто сумасшедший, либо все это какой-то дурацкий розыгрыш. В любом случае на вашем месте я бы выбросил дохлую птицу за борт, прежде чем провоняет весь корабль, и тогда за борт отправят уже нас.
— Не смотри на мир так мрачно, — сказал ему Геннадий. — Мы наконец-то убрались отсюда, верно? Если бы за возвращение к цивилизации от меня потребовали обвешаться тухлыми утками с головы до ног, я сделал бы это с огромным удовольствием. Хотя, должен признать, здесь было не так плохо, как я ожидал. Во-первых, мы остались живы, на что, откровенно говоря, я уже не рассчитывал, когда брел по мерзкому топкому болоту, боясь наткнуться на имперских солдат. Во-вторых, нас приняли довольно любезно, даже необычайно любезно, учитывая, к кому мы попали. Так что доставка к месту назначения какой-то водоплавающей птицы — небольшая цена за сохранение жизни. На меньшее нельзя было и рассчитывать.
— Вот как? Вы действительно считаете, что нас приняли любезно? — Теудас с неприязнью посмотрел на дядю. — Больше вам ни до чего нет дела, да?
Некоторое время Геннадий молчал, обдумывая ответ.
— Знаешь, я и сам не уверен в своих чувствах. Возможно, дело в том, что меня не было там — я имею в виду при Падении. Я не видел того, что видел ты. Конечно, я знаю, как все было, мне рассказывали, и я этому верю. Но со мной лично произошло другое: я перебрался из Города на Остров, потом с Острова в Шастел, где получил приличную работу, где люди относились ко мне с уважением, где я — черт возьми! — был счастлив. Мне казалось, что когда я увижу все это снова, — он махнул рукой в направлении руин Г

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51