(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Вездесущее


приступа, пытаясь подняться без посторонней помощи и во всем боевом облачении.
— Можно попробовать зайти в «Честь и славу», — предложила Исъют Месатгес. — Сейчас там не должно быть слишком тесно, а суп у них вполне сносный.
Ветриз кивнула. Ее не очень интересовало, где сесть. Главное — сделать это побыстрее. Она уже совершила серьезную ошибку, надев новые сандалии — жесткий кожаный ремешок и двухдюймовые каблуки, как требовалось новой модой, — и только теперь поняла, что их следовало бы хорошенько разносить.
Рыбный суп оказался в итоге довольно-таки средним, не помогло и то, что повара оставили мидии и устриц в раковинах.
— Вероятно, это означает свежесть и простоту, — заметила Исъют, пытаясь утопить упорно всплывающую мидию, — но, по-моему, все дело в том, что повара просто не хотят возиться с раковинами. Должна сказать, что я с ними полностью согласна. Грязная и неприятная работа. Но, с другой стороны, когда на тарелке лежит целая груда вскрытых раковин, аппетита это тоже не добавляет.
Ветриз рассеянно улыбнулась; у нее болела голова, и не было настроения выслушивать рассуждения Исъют Месатгес.
— Тогда оставь их в покое и просто ешь суп.
— Что? А как быть со всем остальным, за что уже уплачено?
— Ну уж нет! — Исъют скорчила гримасу и разломила раковину мидии. — Хуже всего эти маленькие розовые штучки, свернувшиеся в комочки. Мне они напоминают личинок, а чтобы вскрыть панцирь, требуются лом и молот.
В комнату кто-то вошел, лысый затылок и разворот широких плеч показался Ветриз знакомым.
— Знаешь, — сказала она, — я вообще-то не голодна. Пожалуй, пойду домой.
— Ох, не глупи. Послушай, если тебе не нравится рыбный суп, давай закажем что-нибудь другое. Как насчет баранины с соусом карри?
— Нет, я действительно не хочу есть.
Ветриз поймала себя на том, что говорит громче, чем обычно.
Несколько человек, включая широкоплечего мужчину, посмотрели на нее. Его взгляд задержался на лице Ветриз. Он усмехнулся и направился к столику у окна. Ветриз откинулась на спинку стула, чувствуя себя так, словно уже съела что-то несвежее.
— Дело ведь не в супе, верно? — спросила Исъют.
— Нет, не в супе.
Исъют проводила взглядом удаляющуюся спину.
— Это не мое дело?
— Ты права. Это не твое дело.
— Ну что ж, по крайней мере откровенно. Если ты не будешь есть, то, надеюсь, я могу отщипнуть у тебя хлеба?
Горгас Лордан остановился и огляделся, отыскивая в полупустом зале того, кто был ему нужен. Не заметить эти худые, всегда приподнятые плечи было невозможно. Он подошел ближе и протянул руку.
Исъют Лордан вздрогнула и едва не подскочила, но, увидев, кто дотронулся до ее плеча, заметно расслабилась, хотя взгляд остался настороженным.
— Дядя Горгас, — сказала она.
— Я получил твое письмо. — Он подтянул скамейку и уселся рядом с ней. В этом обычном, ничем не примечательном местечке его крупная фигура казалась немного неуместной. — Оно пришло как раз в тот м

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52