(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Горемыка Павел. Повесть


м, что у алебардщиков отыскалось слабое место: крепление наплечников. Достаточно было одного удачного удара саблей, чтобы кожаные ремни рвались подобно сгнившим ниткам, и стальные пластины сползали с плеч, мешая поднимать руки, затрудняя вообще все движения и открывая шею. Убитых оказалось не столь уж много, но раненых предостаточно, причем у большинства пострадали ключицы и плечи. Там, где солдатам удавалось выставить оружие, преимущество переходило к ним: конники сами натыкались на наконечники алебард, легко пробивающие кольчуги. И все же в целом преимущество, выраженное соотношением потерь, было на стороне кочевников.
Сражение уже вступило в ту стадию, когда его никто не контролирует: обе стороны бились не на жизнь, а на смерть, и никакие попытки изъять отдельную часть и перебросить ее на другой участок или включить в некий задуманный командованием маневр успеха не имели. В такой ситуации оставалось только два варианта: сражаться до конца, до полного уничтожения одной из армий или развести войска и попытаться отступить, сохраняя хотя бы минимально необходимый порядок.
Некоторое время казалось, что и те, и другие не склонны продолжать биться до последнего. Тяжелая конница кочевников, вклинившаяся в строй пикейщиков, потеряла мобильность и постепенно спрессовалась, превращаясь в беспомощный живой комок: зажатые в гуще боя копейщики утратили преимущество, которое дал им первоначальный натиск, и теперь размахивали мечами, тупя их о погнутую, но не поддающуюся сталь противника. Немало алебардщиков полегло от ран, что позволило их товарищам ловчее орудовать грозным оружием. Если бы все и дальше шло таким же путем, рано или поздно имперская армия взяла бы верх.
Но вышло иначе. В какой-то момент имперские солдаты запаниковали, что, наверное, было не так уж и плохо в данных обстоятельствах. Причиной стала отчаянная атака отряда под командованием дальнего родственника Силдокая, молодого Самзая, на то, что он по ошибке принял за личную гвардию Бардаса Лордана. В этом случае ошибка объяснялась тем, что молодой человек принял за гвардию группу музыкантов, неизвестно каким ветром занесенную в гущу сражения. Ярко одетые и шумные, они привлекли внимание Самзая, который решил пробиться к ним во что бы то ни стало. Расчищая дорогу боевым топором, он сумел подойти к музыкантам довольно близко, но в конце концов был убит. Когда его тело вытащили из бойни, то обнаружилось, что кольчуга храбреца пробита в семнадцати местах. Его товарищи полегли все до единого, но еще раньше кто-то из них успел крикнуть, что Бардас Лордан убит. Кто-то водрузил на пику отрубленную голову — впоследствии ее так и не нашли, — и все кочевники, даже те, кто уже лежал на земле, не имея возможности защитить себя, закричали от радости, словно добились решающего успеха.
Столь бурная реакция врага смутила пикейщиков, которые, не зная, в чем дело, начали отходить, бросать оружие и разбегаться. Кавалеристы получили пространство для маневра, но вместо того, чтобы воспользовать

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52