(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Лунная льдинка


заниматься тем, к чему есть способности, как поступил я. Я хочу сказать, это вопрос подходящего инструмента для определенной работы. Я был создан, чтобы делать деньги. Ты — чтобы убивать людей. И в этом нет ничего плохого.
— Пошел ты к черту, — проговорил с отвращением другой Лордан; а Лордан, который за всем этим наблюдал, был сердечно благодарен, что подобного разговора никогда не происходило и уже никогда не произойдет, поскольку и сам Город лежит в руинах. — Ты говоришь омерзительные вещи, впрочем, я не думаю, что это правда. Судя по твоим словам, я похож на телегу живодера со стаей ворон, вечно кружащей немного поодаль. К тому же не понимаю, с какой стати ты говоришь о себе как о честном бизнесмене, — добавил он раздраженно. — Если в нашей семье и был кто-то, кто прокладывал себе путь в жизни, перерезая глотки, так это ты.
Горгас оперся локтями о парапет и некоторое время задумчиво смотрел на палатки вдалеке.
— Не стану отрицать, — сказал он. — Я совершил много такого, о чем жалею. Но это всегда служило средством для достижения цели; для меня убийство никогда не было профессией. И если уж мы намерены быть беспощадно честными, — добавил он, медленно повернувшись и посмотрев другому Лордану прямо в глаза, — то я должен заметить, что по крайней мере проложил себе путь в жизни, как ты изволил выразиться. Ты же тратишь жизнь, просто блуждая без цели, каждый день затевая новую смертельную схватку; ты, конечно, всегда побеждаешь, а другой бедняга неизменно погибает, но чего, черт подери, ты добился? По крайней мере, когда я проливал кровь, для этого имелась причина. — Он вздохнул и отвернулся. — Буду с тобой откровенен: окажись я в твоей шкуре, я бы вряд ли спал по ночам.
* * *
Бардас проснулся и увидел, что уже светло и холодное, немощное солнце плывет в прозрачных серых облаках. Мальчик крепко спал в нескольких футах от него; Бардас улыбнулся и толкнул его ногой в плечо.
— Просыпайся. Есть хорошая новость: волки до тебя так и не добрались.
Парнишка хрюкнул и перевернулся, кутаясь в одеяло. Лордан сдернул его. Парнишка снова хрюкнул и сел, протирая глаза кулаками.
— Принеси клинья, — сказал Лордан. — Шевелись, надо работать. И смотри внимательно, потому что это важно.
Мальчишка что-то пробормотал, поднимаясь с земли, но так неразборчиво, что Лордан не расслышал слов, хотя этого ему и не требовалось, чтобы понять общую мысль. Он уселся напротив комля ствола и стал рассматривать годовые кольца.
— Что я должен делать? — спросил мальчик.
— Принеси пилу, — ответил Лордан. — Прежде всего нужно срезать ветви.
Когда они закончили очищать бревно, солнце стояло уже высоко. Не было ни ветра, ни даже слабого намека на потепление.
— Сделаем из него четыре бруса, даже пять, если пройдем ровно. Многое зависит от того, насколько чисто оно расщепится. Правильно, ты садись на бревно, а я вобью первый клин.
Он поставил лезвие клина на линию, которую наметил, и постучал по нему осторожно, но тверд

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51