(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Дункан Мак-Гpегоp


буквально излучающего Облегчение и Избавление от Бедствия. Горгас сдержал улыбку.
— Ты шутишь, — сказала Исъют. — Она меня отпустила?
— Да. Обычно в такой ситуации я велел бы тебе собирать вещи, но отсюда нечего забирать, один хлам. — Теперь он улыбнулся. — За исключением присутствующих, конечно.
— Как остроумно, дядя Горгас. Приятно сознавать, что, когда вам придется выпрашивать на пропитание на углах Шастела, вы всегда сможете рассчитывать на этот свой талант.
Горгас серьезно кивнул:
— Это, очевидно, у нас в крови. Ну, чего ждешь? Можешь уходить. Сейчас же. Или когда захочешь.
Она покачала головой.
— Никуда я не пойду, пока не узнаю, что произошло. Ты же не рассчитываешь, что я поверю, будто мать вдруг передумала и осознала свои ошибки, правда? Это какая-то игра?
— О, ради Бога. Убирайся отсюда, сделай одолжение, пока я не передумал.
Исъют ухмыльнулась, облокотилась о стену, сползла вниз и села на корточки.
— Чем сильнее ты хочешь, чтобы я что-то сделала, тем больше я буду сопротивляться. Как ты думаешь, я буду первым человеком в истории, которого выкинут из тюрьмы?
Горгас вздохнул и удобно устроился на кровати, подложив под голову руки.
— На самом деле это место обладает некоторой притягательностью. Неудивительно, что ты к нему привыкла, так приятно, наверное, купаться в ощущении того, что самое худшее позади. Когда дойдешь до этой точки, будет нечего бояться. Замечательное чувство — когда ничего не страшно.
Исъют вскочила и нависла над ним, сложив на груди руки.
— О, в таком месте боишься многого, — сказала она. — Например, что никогда отсюда не выберешься. Или что тебя похоронят здесь. Полагаю, есть специальные ямы или шахты, куда спускают заключенных. Когда я думаю об этом, то бегу к двери и начинаю барабанить по ней, пока руки не начинают кровоточить, крича, чтобы меня выпустили. Мне не нравится здесь, дядя, но я никуда не уйду, пока не узнаю, в чем дело.
— Как угодно, — сонно пробормотал Горгас. — Никакой тайны здесь нет. Я постоянно просил Ньессу выпустить тебя, с тех пор, как ты сюда попала, а теперь, благослови Господь ее душу, она согласилась. Наверное, устала от моего голоса, как я от твоего.
Девушка не пошевельнулась, продолжая смотреть на него.
— Значит, мне можно идти, просто так? Куда угодно?
— М-м-м...
— Хорошо. А что, если я скажу, что собираюсь прямо в Бриору, ведь так называется эта деревня, чтобы найти дядю Бардаса и убить его?
— Пожалуйста.
— Правда? — Она нахмурилась. — И ты не попытаешься остановить меня?
— Можешь попробовать. Все равно у тебя ничего не выйдет. Вперед.
Она опустилась на колени рядом с ним, и Горгас заметил, как грациозно девушка двигается.
— Ну же, дядечка Горгас, будь душкой, расскажи мне, в нем дело. Пожалуйста.
Она сложила руки, положила на них голову и улыбнулась.
— Ради Бога! — выкрикнул Горгас.
В том, что она вела себя, как обычная девушка ее возраста, было что-то не

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52