(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Раб Талисмана


надий остановился и смерил его ледяным взглядом. Кузен никак не отреагировал.
— А как у тебя дела, Олибрас? Кажется, неплохо? — Олибрас засмеялся и покачал головой.
— Вовсе нет. Самое лучшее, что я могу сказать о себе, — я не пал под градом неудач, а грациозно опустился на дно, В это время в прошлом году у меня был собственный корабль, плавающее хранилище для угля. Но однажды он просто развалился, умер от старости и разрушений, и теперь я солдат-пехотинец на корабле. В моем-то возрасте! Единственным утешением служит мысль о том, что у меня не было никаких талантов, которые я не успел реализовать.
Геннадий открыл дверь своего кабинета и жестом пригласил брата внутрь.
— Ты выглядишь на удивление подтянутым и здоровым.
— О, так оно и есть, — сказал Олибрас. — Одно из преимуществ необходимости работать, чтобы прожить. Мало еды, много свежего воздуха. — Он огляделся, выбрал самый удобный стул и сел. — Найдется что-нибудь выпить?
— Вино или сидр? — предложил Геннадий.
— Вино с медом и корицей, если есть. Мы в прошлом месяце купили ужасное пойло и никак не можем допить. После него несколько дней зубы болят.
Геннадий вздохнул и растер последние полдюйма корицы.
— Значит, вот чем ты занимаешься? Приобретаешь вещи?
— Продолжай, — сказал Олибрас. — Можешь сказать слово на букву «П». Я не возражаю.
— В принципе пиратство — почетная профессия. Все зависит от того, кого ты грабишь.
Олибрас покачал головой.
— Любого, кто не успеет убраться с дороги, — печально ответил он. — Помнишь, Тюдас, как мы играли в пиратов? Ты, кажется, всегда хотел быть пиратом, а я — беспомощным купцом. Конечно, тогда ты был покрупнее меня.
Геннадий поморщился.
— Верно. Но ты никогда не проявлял склонности к философии, так что сравнение не совсем верное. Все же ты больше любил читать. Поэзию и романы, верно?
Олибрас улыбнулся.
— Рассказы о приключениях и подвигах в открытом море, — уточнил он. — Мне просто не повезло. Полагаю, отец сейчас гордился бы мной. — Он ссутулился и отхлебнул вина. — Кстати, а что случилось с нашим домом?
— Кузен Паллас получил его после смерти отца, — сказал Геннадий довольно строго. — Когда он умер...
— Паллас умер? — Олибрас нахмурился. — Я думал, это случилось при падении Города. Было бы не так обидно. Когда он умер?
— Двенадцать лет назад, — сообщил Геннадий. — Один из химикатов не согласился с ним и в конце концов отравил.
Олибрас покачал головой.
— Он, как и я, никогда не хотел заниматься бизнесом. Он должен был уйти. Тюдас, давай не будем забывать об этом. Хорошо, ты не убежал в море, но ты оставил дом, зажил своей жизнью и в конце концов стал респектабельным человеком. Никто из нас не остался, кроме бедняги Палласа. Извини, что я тебя перебил.
— После его смерти, — продолжал Геннадий, — дом перешел к его дочери. Ты же не знал, что у Палласа была дочь?
Олибрас поставил кружку.
— Вообще-то знал. Асбели, если мне не изменяет память.

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51