(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Непобедимый


Бардас положил пальцы на середину тетивы, толкнул левой рукой и потянул правой (снова сила сопротивления, рождающая насилие), напрягая сухожилия и кости в своей собственной руке, спине и плечах, аккуратно натягивая тетиву, пока большой палец не коснулся подбородка.
Он сделал перерыв, разминая измученные мышцы и размышляя. Получился стофунтовый лук с двадцатипятидюймовым прицелом. Прицеливаться из такого неудобно, мне такой не подойдет. Но Горгас всегда был самым крепким из нас. Он может прицелиться из стофунтового и не вспотеть. К тому же с самого детства он стреляет, не прицеливаясь.
Бардас достал стрелу из колчана, который висел возле двери, натянул тетиву, прицелился в дубовую доску шириной три дюйма на другой стороне комнаты и выстрелил. Стрела ударила высоко, ее древко раскололось, а наконечник прошел сквозь доску. Бардас был в ужасе. Несколько минут он стоял, не пошевельнувшись. Затем снял тетиву и положил лук на лавку.
Убрав обрезки, Бардас наложил на рукоять хорошие стружки, натер воском и в качестве последнего штриха наложил два толстых слоя дорогого коллеонского лака, который быстро сохнет и совершенно водонепроницаем. Теперь лук выглядел намного лучше, молочно-белый, сверкающий. Бардас взял последний кусок хорошей кожи, идеально подходивший для письма, и вывел: «Горгасу от Бардаса. С любовью». Затем открыл дверь и позвал клерка.
— Горгас Лордан все еще в банке? — спросил Бардас, когда тот пришел.
— Пока да. Но он скоро уходит. Говорят, с юга наступает армия Авида Соефа.
Бардас улыбнулся:
— Отнеси ему этот лук как можно скорее, это очень важно. Прямо сейчас.
Клерк кивнул.
— Молодец. Он о таком всегда мечтал, так что будет доволен.
Когда клерк ушел, Бардас закрыл дверь, сел на пол, положил голову на руки и постарался не думать о том, что только что сделал.
Горгас взял лук в левую руку и провел пальцами правой по тетиве. Лук был идеален, как будто являлся его собственной конечностью. Горгасу казалось, что лук принадлежал ему долгие годы, знакомый, как родная плоть и кровь.
— Лук прекрасен, — сказал он. — И Бардас сделал его для меня.
Сержант нетерпеливо постукивал ногой по полу.
— Согласен. Но война еще не окончена, поэтому, когда вы наиграетесь с ним...
Горгас даже не взглянул на него.
— Я должен поблагодарить. Ты не понимаешь. Я потерял сестру, но нашел брата. Мы снова семья.
Сержант резко выдохнул:
— Горгас, нам надо идти. Если не доберемся до гор до темноты...
— Ты прав. Бардас сделал мне лук не для того, чтобы я проиграл с ним войну. Полагаю, надо отложить благодарности до возвращения.
Он неохотно опустил лук.
— Забавно, с последним луком, который он для меня сделал, я натворил много глупостей. У меня предчувствие, что на этот раз все будет иначе.
— Правда? — сказал сержант. — Хотите сказать, на этот раз вы будете постоянно промахиваться?
Глава двадцать первая
— Стен Могре мертв, — сказал Геннадий. Слушавшие его лю

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52