(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Гроза Кровавого Побережья


екратилась.
Сохраняй неподвижность, продолжал Геннадий, — и успокойся. Постарайся дышать ровнее.
Взъерошенный после неудобного сна Архимандрит неуклюже встал и наполовину наполнил кубок крепленым белым вином.
— Выпей, полегчает, — сказал он. — Если бы тебе было суждено умереть, ты бы уже умер.
Вино обожгло пищевод, и Алексий скривился.
— Что произошло? — спросил он. Сердечный приступ, или меня действительно проткнули?
— И то, и другое, — ответил Геннадий. Моя вина. Верни кубок, я налью еще.
— Твоя вина?
Архимандрит кивнул:
Нужно было что-то предпринять, иначе он проткнул бы девчонку. Единственное, что пришло мне в голову, это сунуть тебя между ними. Если бы ты действительно находился там, это могло закончиться очень плохо.
— В любом случае, — Патриарх неопределенно качнул рукой, ты понимаешь, что совершил. Теперь я попал под действие собственного проклятия. А девчонка снова убила его, все усилия пошли прахом.
— Подумай, — покачал головой Архимандрит. — Ты уже находился под этим проклятием, иначе ты бы не чувствовал себя так плохо на протяжении последних недель. Я всего лишь вытащил это на поверхность. Более того, — продолжал он, — если бы не я, все могло бы закончиться гораздо хуже. Лордан бы прикончил девчонку, и что тогда?
— А сейчас мы в лучшем случае вернулись к началу.
— Нет, ты ошибаешься, — возразил Геннадий. — Во-первых, мы проделали ценное практическое исследование аспекта Закона, о котором до сих пор было прискорбно мало известно, я обязательно напишу об этом статью.
— Ты отвлекаешься, — устало сказал Алексий, закрыл глаза и глубоко вздохнул.
— А во-вторых, — непринужденно продолжил Архимандрит, — вместо предположения, что ты подвергся действию негативной реакции, мы имеем четкую картину, что на самом деле произошло. Кроме того, мы успели как раз вовремя, чтобы предотвратить катастрофические последствия вторичного вмешательства, а это немалый успех. Добавлю, что сила противодействия не коснулась меня лично, поэтому, я полагаю, мы можем поздравить друг друга с отлично выполненной задачей. — Геннадий довольно улыбнулся. — Попытайся уснуть. Я распорядился, чтобы тебе приготовили комнату. Сам знаешь, с сердцем шутки плохи.
— Меня удручает то, что нас считают специалистами мирового класса, а мы способны лишь на убогие фокусы, — вздохнул Алексий. — Предполагается, что своим мастерством мы обеспечиваем себе достойную жизнь.
— Жизнь, — эхом откликнулся коллега и многозначительно посмотрел на Патриарха. — На твоем месте я бы перефразировал последнюю мысль.
* * *
— Действительно, — раздраженно заключил тренер, — иногда можно встретить женщину-адвоката. Некоторые из них даже доживают до двадцати пяти, но лишь потому, что мало кто хочет нанять их, и большую часть времени они сидят без работы. Это не ваша профессия, уходите.
Девушка не проронила ни слова. Вместо этого она вы тащила увесистый кошелек и положила его на ладонь. Инструктор заметил, что ко

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52