(...) читай

Приятного прочтения

всем...

Норман Хьюз


; так же просто, как невыполнимо...
Выстрел, далекий «плюх», когда стрела поразила мишень — в нижний правый угол, признак небрежного выстрела. «Ах, если бы это было так просто, зачем заниматься стрельбой?» Вождь выхватил следующую стрелу, выстрелил. На какое-то время он вновь ощутил себя Темраем, уверенным, хотя посредственным стрелком, ни больше ни меньше. На мгновение он осознал, что нужно запомнить этот момент, насладиться им, потому что никто не мог сказать, когда ему будет позволено еще раз стать Темраем.
В результате молодой человек оказался пятым — лучший результат, который можно было достичь. Он доставил Темраю даже большее удовольствие, чем победа. Вождь продемонстрировал красивую стрельбу, и его успокаивала мысль, что среди мужчин клана есть хотя бы четыре стрелка, которые владеют луком лучше, чем он сам.
Темрай стоял у линии, не желая занимать свое почетное место. Если его присутствие вносило некоторое беспокойство среди соревнующихся, в этом не было ничего дурного. Несомненно, двухсотпудовые камни, пущенные из требушета с городских стен, внесут куда больше беспокойства в их ряды.
Состязание в стрельбе показало, что уровень владения луком в клане довольно высок. Темрай решил, что, как только закончатся игры, он соберет совет, чтобы узнать, не помнит ли кто результаты прошлых состязаний. Это поможет выяснить, насколько улучшилась (или ухудшилась) боевая подготовка его людей за годы. Сознательный вождь должен владеть этими сведениями.
Наступило время заключительного состязания. Темрай точно не знал, что так привлекало людей в стрельбе по несчастной птице, привязанной за лапу к пятидесятифутовому шесту, вероятно, ее непродолжительность — один выстрел от каждого участника. Если первый стрелок поражал цель, состязание заканчивалось. Может быть, очарование заключалось в том, что каждый имел возможность наблюдать за полетом стрелы, в то время как в обычной стрельбе по мишеням только ближайшие зрители видели, куда стрела попала в действительности. Жажда крови исключалась: обычно в качестве орла использовалось чучело. Темрай предполагал, что популярность соревнования объясняется его некоторой рискованностью: стрелы, не попавшие в цель, падали где придется, в том числе среди зрителей.
В этот раз на шесте оказалась живая птица — крупный рыжий орел, яростно бившийся на привязи, протестуя против дикости происходящего. Это зрелище только раззадоривало присутствующих, с орлами у кочевников были давние счеты: то ребенка утащат в горы, то ягненка, потому многие воспринимали состязание как символическую месть, хотя сам Темрай предпочел бы стрелять в чучело. Он не одобрял публичных экзекуций, кроме того, живая мишень слишком сильно дергалась.
Единственный выстрел. Вождь долго смотрел в колчан, пока не нашел нужную стрелу, любимую, которой он пользовался с юности, хотя она была великовата на целый дюйм. Темрай не представлял, откуда она взялась. Стрела имела пурпурное оперение, но изготовили её не на равнинах. Кочевники

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51